Deprecated: Function set_magic_quotes_runtime() is deprecated in /home/httpd/vhosts/folkler.ru/httpdocs/textpattern/lib/txplib_db.php on line 14 Фольклор: Сказка о молодильных яблоках и живой воде

Сказка о молодильных яблоках и живой воде       .: Славяне     Сказки и легенды :.

В некотором царстве, в некотором государстве жил да был царь, и былоу него три сына: старшего звали Федором, второго Василием, а младшего Иваном.

Царь очень устарел и глазами обнищал, а слыхал он, что за тридевятьземель, в тридесятом царстве есть сад с молодильными яблоками и колодецс живой водой. Если съесть старику это яблоко – помолодеет, а водой этойумыть глаза слепцу – будет видеть. Царь собирает пир на весь мир, зоветна пир князей и бояр и говорит им:- Кто бы, ребятушки, выбрался из избранников, выбрался из охотников,съездил за тридевять земель, в тридесятое царство, привез бы молодильныхяблок и живой воды кувшинец о двенадцати рылец? Я бы этому седоку пол-царства отписал.Тут больший стал хорониться за середнего, а середний за меньшого, аот меньшого ответу нет. Выходит царевич Федор и говорит:- Неохота нам в люди царство отдавать. Я поеду в эту дорожку, привезутебе, царю-батюшке, молодильных яблок и живой воды кувшинец о двенадцатирылец.Пошел Федор-царевич на конюший двор, выбирает себе коня неезженного,уздает узду неузданную, берет плетку нехлестанную, кладет двенадцатьподпруг с подпругою – не ради красы, а ради крепости... Отправился Фе-дор-царевич в дорожку. Видели, что садился, а не видели, в кою сторонуукатился...Ехал он близко ли, далеко ли, низко ли высоко ли, ехал день до вечеру- красна солнышка до закату. И доезжает до росстаней, до трех дорог. Ле-жит на росстанях плита-камень, на ней надпись:”Направо поедешь – себя спасать, коня потерять. Налево поедешь – коняспасать, себя потерять. Прямо поедешь – женату быть”.Поразмыслил Федор-царевич: “Давай поеду, где женату быть”.И повернул на ту дорожку, где женатому быть. Ехал, ехал и доезжает дотерема под золотой крышей. Тут выбегает прекрасная девица и говорит ему:- Царский сын, я тебя из седла выну, иди со мной хлеба-соли откушатьи спать-почивать.- Нет, девица, хлеба-соли я не хочу, а сном дороги не скоротать. Мненадо вперед двигаться.- Царский сын, не торопись ехать, а торопись делать, что тебе лю-бо-дорого.Тут прекрасная девица его из седла вынула и в терем повела. Накормилаего, напоила и спать на кровать положила.Только лег Федор-царевич к стенке, эта девица живо кровать повернула,он и полетел в подполье, в яму глубокую...

Долго ли, коротко ли – царь опять собирает пир, зовет князей и бояр иговорит им:- Вот, ребятушки, кто бы выбрался из охотников – привезти мне моло-дильных яблок и живой воды кувшинец о двенадцати рылец? Я бы этому седо-ку полцарства отписал.Тут опять больший хоронится за середнего, а середний за меньшого, аот меньшого ответу нет. Выходит второй сын, Василий-царевич:- Батюшка, неохота мне царство в чужие руки отдавать. Я поеду в до-рожку, привезу эти вещи, сдам тебе в руки.Идет Василий-царевич на конюший двор, выбирает коня неезженного, уз-дает узду неузданную, берет плетку нехлестанную, кладет двенадцать подп-руг с подпругою.Поехал Василий-царевич. Видели, как садился, а не видели, в кою сто-рону укатился... Вот он доезжает до росстаней, где лежит плита-камень, ивидит: “Направо поедешь – себя спасать, коня потерять. Налево поедешь -коня спасать, себя потерять. Прямо поедешь – женату быть”.Думал, думал Василий-царевич и поехал дорогой, где женатому быть. До-ехал до терема с золотой крышей. Выбегает к нему прекрасная девица ипросит его откушать хлеба-соли и лечь почивать.- Царский сын, не торопись ехать, а торопись делать, что тебе лю-бо-дорого...Тут она его из седла вынула, в терем повела, накормила, напоила испать положила.Только Василий-царевич лег к стенке, она опять повернула кровать, ион полетел в подполье. А там спрашивают:- Кто летит?- Василий-царевич. А кто сидит?- Федор-царевич.- Вот, братан, попали!Долго ли, коротко ли – в третий раз царь собирает пир, зовет князей ибояр:- Кто бы выбрался из охотников привезти молодильных яблок и живой во-ды кувшинец о двенадцати рылец? Я бы этом у седоку полцарства отписал.Тут опять больший хоронится за середнего, середний за меньшого, а отменьшого ответу нет. Выходит Иван-царевич и говорит:- Дай мне, батюшка, благословеньице, с буйной головы до резвых ног,ехать в тридесятое царство – поискать тебе молодильных яблок и живой во-ды да поискать еще моих братьецев.Дал ему царь благословеньице. Пошел Иван-царевич в конюший двор – вы-бирать себе коня по разуму. На которого коня ни взглянет, тот дрожит, накоторого руку положит – тот с ног валится...Не мог выбрать Иван-царевич коня по разуму. Идет, повесил буйну голо-ву. Навстречу ему бабушказадворенка:- Здравствуй, дитятко Иван-царевич! Что ходишь кручинен-печален?- Как же мне, бабушка, не печалиться – не могу найти коня по разуму.- Давно бы ты меня спросил. Добрый конь стоит закованный в погребу,на цепи железной. Сможешь его взять – будет тебе конь по разуму.Приходит Иван-царевич к погребу, пнул плиту железную, свернулась пли-та с погреба. Вскочил ко добру коню, стал ему конь своими передними но-гами на плечи. Стоит Иван-царевич – не шелохнется. Сорвал конь железнуюцепь, выскочил из погреба и Ивана-царевича вытащил. И тут Иван-царевичего обуздал уздою неузданной, оседлал седельцем неезженным, наложил две-надцать подпруг с подпругою – не ради красы, ради славушки молодецкой.

Отправился Иван-царевич в путь-дорогу. Видели, что садился, а не видели,в кою сторону укатился... Доехал он до росстаней и поразмыслил: “Направоехать – коня потерять. Куда мне без коня-то? Прямо ехать – женатомубыть. Не за тем я в путь-дорогу выехал. Налево ехать – коня спасти. Этадорога самая лучшая для меня”.И поворотил он по той дороге, где коня спасти – себя потерять.

Ехалон долго ли, коротко ли, низко ли, высоко ли, по зеленым лугам, по ка-менным горам, ехал день до вечеру – красна солнышка до закату – и наез-жает на избушку.Стоит избушка на курьей ножке, об одном окошке.- Избушка, избушка, повернись к лесу задом, ко мне передом! Как мне втебя зайти, так и выйти. Избушка повернулась к лесу задом, к Ивану-царе-вичу передом. Зашел он в нее, а там сидит баба-яга, старых лет, шелковыйкудель мечет, а нитки через грядки бросает.- Фу, фу, – говорит, – русского духу слыхом не слыхано, видом не ви-дано, а нынче русский дух сам пришел. А Иван-царевич ей:- Ах ты, баба-яга – костяная нога, не поймавши птицу – теребишь, неузнавши молодца – хулишь. Ты бы сейчас вскочила да меня, добра молодца,дорожного человека, накормила, напоила и для ночи постелю собрала. Я быулегся, ты бы села к изголовью, стала бы спрашивать, а я бы стал сказы-вать – чей да откуда. Вот баба-яга это дело все справила – царевича на-кормила, напоила и на постелю уложила; села к изголовью и стала спраши-вать:- Чей ты, дорожный человек, добрый молодец, да откуда? Какой ты зем-ли? Какого отца, матери сын?- Я, бабушка, из такого-то царства, из такого-то государства, царскийсын Иван-царевич. Еду за тридевять земель, за тридевять озер, в тридеся-тое царство за живой водой и молодильными яблоками.- Ну, дитя мое милое, далеко же тебе ехать: живая вода и молодильныеяблоки – у сильной богатырки, девицы Синеглазки, она мне родная племян-ница. Не знаю, получишь ли ты добро...- А ты, бабушка, дай свою голову моим могутным плечам, направь меняна ум-разум.- Много молодцов проезживало, да не много вежливо говаривало.

Возьми, дитятко, моего коня. Мой конь будет бойчее, довезет он тебя до моей се-редней сестры, она тебя научит.Иван-царевич поутру встает ранехонько, умывается белешенько. Благода-рит бабу-ягу за ночлег и поехал на ее коне.Вдруг он и говорит коню:- Стой! Перчатку обронил.А конь отвечает:- В кою пору ты говорил, я уже двести верст проскакал...Едет Иван-царевич близко ли, далеко ли. День до ночи коротается. Изавидел он впереди избушку на курьей ножке, об одном окошке.- Избушка, избушка, повернись к лесу задом, ко мне передом! Как мне втебя зайти, так и выйти. Избушка повернулась к лесу задом, к нему пере-дом.Вдруг слышно – конь заржал, и конь под Иваномцаревичем откликнулся.Кони-то были одностадные. Услышала это баба-яга – еще старее той – иговорит:- Приехала ко мне, видно, сестрица в гости. И выходит на крыльцо:- Фу-фу, русского духу слыхом не слыхано, видом не видано, а нынчерусский дух сам пришел. А Иван-царевич ей:- Ах ты, баба-яга – костяная нога, встречай гостя по платью, провожайпо уму. Ты бы моего коня убрала, меня бы, добра молодца, дорожного чело-века, накормила, напоила и спать уложила...Баба-яга это дело все справила – коня убрала, а Ивана-царевича накор-мила, напоила, на постель уложила и стала спрашивать, кто он да откуда икуда путь держит.- Я, бабушка, из такого-то царства, из такого-то государства, царскийсын Иван-царевич. Еду за живой водой и молодильными яблоками к сильнойбогатырке, девице Синеглазке...- Ну, дитя милое, не знаю, получишь ли ты добро. Мудро тебе, мудродобраться до девицы Синеглазки!- А ты, бабушка, дай свою голову моим могутным плечам, направь меняна ум-разум. – Много молодцов проезживало, да не много вежливо говаривало. Возьми,дитятко, моего коня, поезжай к моей старшей сестре. Она лучше меня нау-чит, что делать.Вот Иван-царевич заночевал у этой старухи, поутру встает ранехонько,умывается белешенько. Благодарит бабу-ягу за ночлег и поехал на ее коне.А этот конь еще бойчей того.Вдруг Иван-царевич говорит:- Стой! Перчатку обронил.А конь отвечает:- В кою пору ты говорил, я уж триста верст проскакал.Не скоро дело делается, скоро сказка сказывается. Едет Иван-царевичдень до вечера – красна солнышка до закату. Наезжает на избушку накурьей ножке, об одном окошке.- Избушка, избушка, обернись к лесу задом, ко мне передом! Мне не веквековать, а одну ночь ночевать.Вдруг заржал конь, и под Иваном-царевичем конь откликается. Выходитна крыльцо баба-яга, старых лет, еще старее той. Поглядела – конь еесестры, а седок чужестранный, молодец прекрасный... Тут Иван-царевичвежливо ей поклонился и ночевать попросился. Делать нечего! Ночлега ссобой не возят – ночлег каждому: и пешему и конному, и бедному и богато-му.Баба-яга все дело справила – коня убрала, а Ивана-царевича накормила,напоила и стала спрашивать, кто он да откуда и куда путь держит.- Я, бабушка, такого-то царства, такого-то государства, царский сынИван-царевич. Был у твоей младшей сестры, она послала к середней, а се-редняя сестра к тебе послала. Дай свою голову моим могутным плечам, нап-равь меня на ум-разум, как мне добыть у девицы Синеглазки живой воды имолодильных яблок.- Так и быть, помогу я тебе, Иван-царевич. Девица Синеглазка, мояплемянница, – сильная и могучая богатырка. Вокруг ее царства – стена трисажени вышины, сажень толщины, у ворот стража – тридцать богатырей. Тебяи в ворота не пропустят. Надо тебе ехать в середину ночи, ехать на моемдобром коне. Доедешь до стены – бей коня по бокам плетью нехлестанной.Конь через стену перескочит. Ты коня привяжи и иди в сад. Увидишь яблонюс молодильными яблоками, а под яблоней колодец. Три яблока сорви, абольше не бери. И зачерпни из колодца живой воды кувшинец о двенадцатирылец. Девица Синеглазка будет спать, ты в терем к ней не заходи, а са-дись на коня и бей его по крутым бокам. Он тебя через стену перенесет.Иван-царевич не стал ночевать у этой старухи, а сел на ее доброго ко-ня и поехал в ночное время. Этот конь поскакивает, мхи-болота перескаки-вает, реки, озера хвостом заметает.Долго ли, коротко ли, низко ли, высоко ли, доезжает Иван-царевич всередине ночи до высокой стены. У ворот стража спит – тридцать могучихбогатырей. Прижимает он своего доброго коня, бьет его плетью нехлестан-ной. Конь осерчал и перемахнул через стену. Слез Иван-царевич с коня,входит в сад и видит – стоит яблоня с серебряными листьями, золотыми яб-локами, а под яблоней Молодец. Иван-царевич сорвал три яблока, а большене стал брать да зачерпнул из колодца живой воды кувшинец о двенадцатирылец. И захотелось ему самою увидать сильную, могучую богатырку, девицуСинеглазку.Входит Иван-царевич в терем, а там спят: по одну сторону шесть поле-ниц – девиц-богатырок и по другую сторону шесть, а посредине разметаласьдевица Синеглазка, спит, как сильный речной порог шумит. Не стерпелИван-царевич, приложился, поцеловал ее и вышел... Сел на доброго коня, аконь говорит ему человеческим голосом:- Не послушался ты, Иван-царевич, вошел в терем к девице Синеглазке!Теперь мне стены не перескочить.Иван-царевич бьет коня плетью нехлестанной.- Ах ты конь, волчья сыть, травяной мешок, нам здесь не ночевать, аголову потерять!Осерчал конь пуще прежнего и перемахнул через стену, да задел об нееодной подковой – на стене струны запели и колокола зазвонили.Девица Синеглазка проснулась да увидала покражу:- Вставайте, у нас покража большая!Велела она оседлать своего богатырского коня и кинулась с двенадцатьюполеницами в погоню за Иваном-царевичем.

Гонит Иван-царевич во всю прыть лошадиную, а девица Синеглазка гонитза ним. Доезжает он до старшей бабы-яги, а у нее уже конь выведенный,готовый. Он – со своего коня да на этого и опять вперед погнал...Иван-то царевич за дверь, а девица Синеглазка – в дверь и спрашивает убабы-яги:- Бабушка, здесь зверь не прорыскивал ли?- Нет, дитятко.- Бабушка, здесь молодец не проезживал ли?- Нет, дитятко. А ты с пути-дороги поешь молочка. ” – Поела бы я, ба-бушка, да долго корову доить.- Что ты, дитятко, живо справлю...Пошла баба-яга доить корову – доит, не торопится. Поела девица Синег-лазка молочка и опять погнала за Иваном-царевичем.Доезжает Иван-царевич до середней бабы-яги, коня сменил и опять пог-нал. Он – за дверь, а девица Синеглазка – в дверь:- Бабушка, не прорыскивал ли зверь, не проезжал ли добрый молодец?- Нет, дитятко. А ты бы с пути-дороги поела блинков.- Да долго печь будешь.- Что ты, дитятко, живо справлю...Напекла баба-яга блинков – печет, не торопится. Девица Синеглазка по-ела и опять погнала за Иваномцаревичем.Он доезжает до младшей бабы-яги, слез с коня, сел на своего коня бо-гатырского и опять погнал. Он – за дверь, девица Синеглазка – в дверь испрашивает у бабы-яги, не проезжал ли добрый молодец.- Нет, дитятко. А ты бы с пути-дороги в баньке попарилась.- Да ты долго топить будешь.- Что ты, дитятко, живо справлю...Истопила баба-яга баньку, все изготовила. Девица Синеглазка попари-лась, обкатилась и опять погнала в сугон. Конь ее с горки на горку пос-какивает, реки, озера хвостом заметает. Стала она Ивана-царевича насти-гать.Он видит за собой погоню: двенадцать богатырок с тринадцатой – деви-цей Синеглазкой – ладят на него наехать, с плеч голову снять. Стал онконя приостанавливать, девица Синеглазка наскакивает и кричит ему:- Что ж ты, вор, без спросу из моего колодца пил да колодец не прик-рыл!А он ей:- Что же, давай разъедемся на три прыска [34] лошадиных, давай силупробовать.Тут Иван-царевич и девица Синеглазка заскакали на три прыска лошади-ных, брали палицы боевые, копья долгомерные, сабельки острые. И съезжа-лись три раза, палицы поломали, копья-сабли исщербили – не могли другдруга с коня сбить. Незачем стало им на добрых конях разъезжаться, сос-кочили они с коней и схватились в охапочку.Боролись с утра до вечера – красна солнышка до закату. У Ивана-царе-вича резва ножка подвернулась, упал он на сыру землю. Девица Синеглазкастала коленкой на его белу грудь и вытаскивает кинжалище булатный – по-роть ему белу грудь.Иван-царевич и говорит ей:- Не губи ты меня, девица Синеглазка, лучше возьми за белые руки,подними со сырой земли, поцелуй в уста сахарные.

Тут девица Синеглазка подняла Ивана-царевича со сырой земли и поцело-вала в уста сахарные. И раскинули они шатер в чистом поле, на широкомраздолье, на зеленых лугах. Тут они гуляли три дня и три ночи. Здесь онии обручились и перстнями обменялись. Девица Синеглазка ему говорит:- Я поеду домой – и ты поезжай домой, да смотри никуда не сворачи-вай... Через три года жди меня в своем царстве.Сели они на коней и разъехались... Долго ли, коротко ли, не скоро де-ло делается, скоро сказка сказывается – доезжает Иван-царевич до росста-ней, до трех дорог, где плита-камень, и думает:”Вот нехорошо! Домой еду, а братья мои пропадают без вести”.И не послушался он девицы Синеглазки, своротил на ту дорогу, где же-натому быть... И наезжает на терем под золотой крышей.

Тут под Ива-ном-царевичем конь заржал, и братьевы кони откликнулись. Кони-то былиодностадные...Иван-царевич взошел на крыльцо, стукнул кольцом – маковки на теремезашатались, оконницы покривились. Выбегает прекрасная девица.- Ах, Иван-царевич, давно я тебя поджидаю! Иди со мной хлеба-соли от-кушать и спать-почивать. Повела его в терем и стала потчевать. Иван-ца-ревич не столько ест, сколько под стол кидает, не столько пьет, сколькопод стол льет. Повела его прекрасная девица в спальню.- Ложись, Иван-царевич, спать-почивать. А Иван-царевич столкнул ее накровать, живо кровать повернул, девица и полетела в подполье, в яму глу-бокую.Иван-царевич наклонился над ямой и кричит:- Кто там живой?А из ямы отвечают:- Федор-царевич да Василий-царевич.Он их из ямы вынул – они лицом черны, землей уж стали порастать.Иван-царевич умыл братьев живой водой – стали они опять прежними.Сели они на коней и поехали... Долго ли, коротко ли, доехали до росс-таней. Иван-царевич и говорит братьям:- Покараульте моего коня, а я лягу отдохну. Лег на шелковую траву ибогатырским сном заснул. А Федор-царевич и говорит Василию-царевичу:- Вернемся мы без живой воды, без молодильных яблок – будет нам малочести, нас отец пошлет гусей пасти.Василий-царевич отвечает:- Давай Ивана-царевича в пропасть спустим, а эти вещи возьмем и отцув руки отдадим.Вот они у него из-за пазухи вынули молодильные яблоки и кувшин с жи-вой водой, а его взяли и бросили в пропасть. Иван-царевич летел туда тридня и три ночи.Упал Иван-царевич на самое взморье, опамятовался и видит: только небои вода, и под старым дубом у моря птенцы пищат – бьет их погода.Иван-царевич снял с себя кафтан и птенцов покрыл, а сам укрылся поддуб.Унялась погода, летит большая птица Нагай. Прилетела, под дуб села испрашивает птенцов:- Детушки мои милые, не убила ли вас погодушканенастье?- Не кричи, мать, нас сберег русский человек, своим кафтаном укрыл.Птица Нагай спрашивает Ивана-царевича:- Для чего ты сюда попал, милый человек?- Меня родные братья в пропасть бросили за молодильные яблоки да заживую воду.- Ты моих детей сберег, спрашивай у меня, чего хочешь: злата ли, се-ребра ли, камня ли драгоценного.- Ничего, Нагай-птица, мне не надо: ни злата, ни серебра, ни камнядрагоценного. А нельзя ли мне попасть в родную сторону?Нагай-птица ему отвечает:- Достань мне два чана – пудов по двенадцати – мяса.Вот Иван-царевич настрелял на взморье гусей, лебедей, в два чана пок-лал, поставил один чан Нагайптице на правое плечо, а другой чан – на ле-вое, сам сел ей на хребет. Стал птицу Нагай кормить, она поднялась и ле-тит в вышину.Она летит, а он ей подает да подает... Долго ли, коротко ли так лете-ли, скормил Иван-царевич оба чана. А птица Нагай опять оборачивается. Онвзял нож, отрезал у себя кусок с ноги и Нагай-птице подал. Она летит,летит и опять оборачивается. Он с другой ноги срезал мясо и подал. Вотуже недалеко лететь осталось. Нагай-птица опять оборачивается. Он с гру-ди у себя мясо срезал и ей подал.Тут Нагай-птица донесла Ивана-царевича до родной стороны.- Хорошо ты кормил меня всю дорогу, но слаще последнего кусочка отро-дясь не едала.Иван-царевич ей и показывает раны. Нагай-птица рыгнула, три куска вы-рыгнула:- Приставь на место. Иван-царевич приставил – мясо и приросло к кос-тям.- Теперь слезай с меня, Иван-царевич, я домой полечу.Поднялась Нагай-птица в вышину, а Иван-царевич пошел путем-дорогой народную сторону.Пришел он в столицу и узнает, что Федор-царевич и Василий-царевичпривезли отцу живой воды и молодильных яблок и царь исцелился: по-преж-нему стал здоровьем крепок и глазами зорок.Не пошел Иван-царевич к отцу, к матери... В ту пору за тридевять зе-мель, в тридесятом царстве сильная богатырка Синеглазка родила двух сы-новей. Они растут не по дням, а по часам. Скоро сказка сказывается, нескоро дело делается – прошло три года. Синеглазка взяла сыновей, собралавойско и пошла искать Ивана-царевича.Пришла она в его царство и в чистом поле, в широком раздолье, на зе-леных лугах раскинула шатер белополотняный. От шатра дорогу устелиласукнами цветными. И посылает в столицу царю сказать:- Царь, отдай царевича. Не отдашь – все царство потопчу, пожгу, тебяв полон возьму.Царь испугался и посылает старшего – Федора-царевича. Идет Федор-ца-ревич по цветным сукнам, подходит к шатру белополотняному. Выбегают двамальчика:- Матушка, это не наш ли батюшка идет?- Нет, детушки, это ваш дяденька.- А что прикажешь с ним делать?- А вы, детушки, угостите его хорошенько. Тут эти двое пареньков взя-ли трости и давай хлестать Федора-царевича пониже спины. Били, били, онедва ноги унес.А Синеглазка опять посылает к царю:- Отдай царевича...Пуще испугался царь и посылает среднего – Василия-царевича. Он подхо-дит к шатру. Выбегают два мальчика:- Матушка, это не наш ли батюшка идет?- Нет, детушки, это ваш дяденька. Угостите его хорошенько.Двое пареньков опять давай дядю тростями чесать. Били, били, Васи-лий-царевич едва ноги унес. Синеглазка в третий раз посылает к царю:- Ступайте, ищите третьего сынка, Ивана-царевича. Не найдете – всецарство потопчу, пожгу. Царь еще пуще испугался, посылает за Федоромца-ревичем и Василием-царевичем, велит им найти брата, Ивана-царевича. Тутбратья упали отцу в ноги и во всем повинились: как у сонного Ивана-царе-вича взяли живую воду и молодильные яблоки, а самого бросили в пропасть.Услышал это царь и залился слезами. А в ту пору Иван-царевич сам идетк Синеглазке...Подходит он к белополотняному шатру. Выбегают два мальчика:- Матушка, матушка, к нам кто-то идет... А Синеглазка им:- Возьмите его за белые руки, ведите в шатер. Это ваш родной батюшка.Он безвинно три года страдал. Тут Ивана-царевича взяли за белые ручки,ввели в шатер. Синеглазка его умыла и причесала, одежду на нем сменила испать уложила...На другой день Синеглазка и Иван-царевич приехали во дворец.

Тут на-чался пир на весь мир – честным пирком да и за свадебку. Федору-царевичуи Василию-царевичу мало было чести, прогнали их со двора – ночевать гденочь, где две, а третью и ночевать негде...Иван-царевич не остался здесь, а уехал с Синеглазкой в ее девичьецарство.Тут и сказке конец.

Понравилась статья? Расскажи о ней друзьям на своей страничке.
Выберите социальную сеть: