Deprecated: Function set_magic_quotes_runtime() is deprecated in /home/httpd/vhosts/folkler.ru/httpdocs/textpattern/lib/txplib_db.php on line 14 Фольклор: Хранитель огня

Хранитель огня       .: Чукчи     Интересные факты :.

Хранитель огня

Кэвэв шел, с трудом вытаскивая ноги из рыхлого снега. Позади оставался кривой след— беспощадное свидетельство возраста человека. Лет двадцать назад цепочка снежных ямок от ног казалась вычерченной по длинной ровной линейке на розовом снегу. Кривая линия следов напоминала Кэвэву о том, что ему пора проведать склад погребальных дров, укрытый над таежным озерком в потаенном месте. Свой дровяной запас старик держал в секрете, о нем не знала даже жена. С годами дерево стало сухим, березовые поленницы потемнели...

Кэвэв присел отдохнуть.

Как прекрасна тайга! Даже такая редкая и мелкая, как здесь, на самой границе тундры. И деревья похожи на северных людей—коренастые, крепко держащиеся за землю. Попробуй выкорчуй вон ту иву! Придется переворошить всю землю, долбить ломом вечную мерзлоту.

Кэвэв встал и зашагал дальше, стараясь аккуратно ставить ногу, чтобы не провалиться в снег. Он глубоко вдыхал свежий воздух, и легкая боль в груди была сладостной. Свежесть, верил старик, разглаживает морщины в легких, отслаивает наросший за многие десятилетия черный табачный налет.

Неожиданно в воздухе почуялось что-то новое, необычное, странное. Кэвэв приостановился, прислушался.

Так он делал всякий раз, когда в таежных дебрях что-то настораживало его. Словно внутри существовал какой-то второй человек, который всегда был начеку, чуткий, как тугая тетива лука.

В те годы, когда Кэвэв еще охотился в тайге, этот умный двойник работал круглые сутки, приносил ему славу лучшего добытчика пушнины. И теперь, когда Кэвэв почувствовал запах дыма, услышал людские голоса, увидел высокое пламя, он догадался о случившемся, и силы покинули его. Он свалился возле разоренной поленницы.

Подбежали люди, подняли старика и понесли к огню.

Кэвэв отбивался, рвался, но люди были сильные и крепкие.
— Дедушка, да ты что? —удивленно кричал самый большой, в собачьей меховой шапке.—Что ты брыкаешься? Чего ты боишься? У-у, дикий какой!
— Сама ты дикий!—закричал ему в лицо Кэвэв. —Дикий и дурной человек. Взяли мои дрова! Жаловаться буду в Москву! Бумагу напишу!
—Пиши, пиши,—ласково сказал большой, усаживая старика на проталину от огня.—Жадность свою покажи Москве.

Кэвэв увидел близко от себя высокое, чистое, чуть синеватое сильное пламя и над ним, над этим священным огнем, большое закопченное ведро с клокотавшим варевом. Это было кощунство.
—Зачем так обидели?— выкрикивал старик сквозь слезы.
—Почему взяли? Сколько дров вокруг—вали да руби...

Высокий парень присел рядом.
—Извини, старик,—сказал он взволнованно.—Не знали, что это твои дрова. Завтра утром нарубим... Ребята устали. В наледь попали, промокли. Надо было обсушиться. А тут—дровяной склад. Вернем дровишки, не сердись.

Кэвэв вдруг понял, что до этого высокого парня не доходит самое главное—какие дрова он сжег, на каком огне варит суп в закопченном ведре.
—Не простые это дрова,—всхлипнув, сказал Кэвэв.
—Знаю,—отозвался высокий парень, сдвигая собачью шапку на затылок.
—Таких дровишек поискать. Может, деньги заплатить?
— Да что я, на деньгах твоих буду гореть?—с болью воскликнул старик.
—Не понимаю,—сказал высокий парень, виновато улыбаясь.
—Понимать нечего! —ответил Кэвэв. —Когда помру— на чем буду гореть? Сожгли мои погребальные дрова!

Он мечтал: огонь будет жарким, высоким и бесцветным. Это будет хорошее пламя—свидетельство хорошо прожитой жизни...
—Извини, дед. Если бы мы знали... Как же так получилось? Игнат!

На зов прибежал молоденький паренек. Он держал в руке дымящийся котелок с гречневой кашей, заправленной колбасным фаршем. Содержимое котелка Кэвэв безошибочно определил по запаху.
—Кто дал распоряжение взять эти дрова?—спросил высокий.
—Вы, товарищ Петров,—быстро ответил Игнат. Петров опустил голову.
— Верно, я распорядился. — Он повернулся к старику.—Один я виноват. Можешь меня наказывать как хочешь.
—Как я тебя могу наказать?

Понемногу к Кэвэву возвращалось спокойствие. Священные дрова, конечно, сожгли не из озорства, а по необходимости. Да и откуда этим русским знать древний их обычай.
— Мы тебе нарубим новых дров, — пообещал Петров. —Не сердись, старик. Поужинай с нами.

Кэвэву подали большую алюминиевую ложку. Когда в тайге предлагают еду—грех отказываться. Он принялся за кашу, черпая ее из общей миски.

Костер пылал, кое-где дрова уже прогорели, и синий пепел вздрагивал от мощного потока теплого воздуха.
—Я знаю, как хоронили в старину чукчи, и эскимосы, и коряки... А вот такое—впервые мне попадается,—заметил Петров.
—А я из старинного рода кереков, —заговорил Кэвэв, —мы давно смешались с чукчами и коряками. Только речью отличались да некоторыми обрядами. И покойников хоронили по-своему. Сейчас, правда, все совершают обряд по-новому, в ящиках хоронят. А раньше пылали костры в лесотундре. Особенно когда мор или голод. Снег таял в лесах от жарких погребальных костров!

Кэвэв рассказывал с увлечением, но вместо почтительного интереса ловил в глазах слушателей ужас.
—Красиво было... —задумчиво закончил свой рассказ Кэвэв и взял сигарету, предложенную Петровым.

Он наблюдал, как геологи готовили ночлег, разбивали палатки, расстилали внутри оленьи шкуры и спальные мешки.
—Тут будете спать?—спросил он Петрова.
—Где же нам еще?—весело ответил геолог.—Приглашаю вас в свою палатку.

Палатка начальника партии стояла у самого огня. Кзвэв не стал влезать внутрь спального мешка. Он улегся поверх и закурил свою трубочку.

Мысли мешались в голове. Он искал в душе обиду и досаду на этих ребят—и не находил. Да и думал он сейчас о другом. Он догадался, что группа Петрова из тех, что будут строить новую автомобильную дорогу через всю лесотундру на новые прииски. О них часто говорили по радио.

Наутро старик поднялся раньше всех. Легкий ветер шевелил невесомый белый пепел на кострище. Чайник и ведро стояли холодные. Поколебавшись с минуту, Кэвэв взял топор, вынул из оставшейся поленницы чурку и принялся настругивать растопку. Когда занялся огонь и затрещали дрова, изыскатели начали просыпаться. Из палатки вышел Петров, увидел Кэвэва, хотел что-то сказать, но промолчал.

А старик тем временем подвесил чайник, натопил снеговой воды для утренней каши.
—Ребята, подъем!—скомандовал Петров.

Изыскатели выходили из палаток и радовались большому жаркому костру.

Кэвэв охапками носил дрова, валил в огонь и с какой-то отчаянной веселостью покрикивал:
—Давай! Давай! Огонь, гори! Вари кашу, вари чай!

После завтрака изыскатели принялись рубить дрова. Старик работал вместе с ними, носил расколотые чурки к поленнице и аккуратно укладывал их.
— Морозом быстро их высушит,—говорил он.— К весне как раз будут годны.
—Да ты что!— Петров даже остановился. — Не собираешься же ты весной помирать!
—Не собираюсь,—деловито ответил Кэвэв.—Зачем собираться! Пенсия теперь у меня хорошая, живу со старухой. А дрова пусть все-таки про запас будут.

К полудню, когда изыскателям надо было отправляться дальше, весь дровяной запас старика был восстановлен. Тепло попрощались и погрузились на вездеход. Кэвэв долго смотрел ему вслед. В селение возвращаться не хотелось. Кэвэв решил заглянуть в свою охотничью избушку.

Избушка так была скрыта среди деревьев, что ее мог отыскать разве лишь сам хозяин. Дверь занесло снегом, и пришлось порядочно поработать, чтобы откопать вход.

Приведя в порядок домик, Кэвэв остался проверить старые пасти и ловушки, поставленные на пушного зверя.

На третий день он почувствовал, что достаточно силен и бодр, чтобы провести в тайге еще один охотничий сезон.

К концу недели он услышал урчание вездехода и направился на его звук. Кэвэв ожидал увидеть Петрова, но это были другие люди. Они стали лагерем там же и снова жгли его священные дрова.
—Здравствуй, дед,— поздоровался обросший до самых ушей золотистой бородой парень.

Он выпростал из рукавиц большую ладонь и подал старику.
—Твои дрова?
— Мои, — кивнул Кэвэв, но не стал рассказывать, для чего они предназначены.
—Не волнуйся, мы заплатим,—сказал бородатый.

Утром старик принялся восстанавливать поленницу. К вечеру, закончив работу, он услышал знакомый звук вездехода.

Молодая девушка, оказавшаяся, на удивление, старшей в этой группе, весело захлопала в большие рукавицы и крикнула своим спутникам:
—Глядите! Добрый дед-мороз приготовил нам дрова! Айда варить кашу и кипятить чай!

Кэвэв молча, вместе со всеми носил дрова к костру, пил чай и улыбался на благодарные слова.

Теперь старику потребовалось два дня, чтобы восстановить запасы дров.Потом пришли еще две группы, которые тоже пришлось обогревать.

А тем временем по таежным партиям большой комплексной экспедиции пошел слух о чудном старике, который готовил дрова для проходящих групп, щедро делился огнем с замерзшими путниками.

Эти слухи дошли до Петрова, и он навестил старика.
— Здравствуй, Кэвэв! – сказал изыскатель, вылезая из кабины вездехода.
—Здравствуй, Петров,—ответил старик.Он похудел, но выглядел бодрым и здоровым.
—Как твои запасы дров?
—Держу наготове,—коротко ответил Кэвэв.
—Слышал я, что делишься священными дровами с моими людьми?
—Пусть греются,—тихо сказал Кэвэв.—Мне приятно.
—Но тебе же нужно иметь свой запас?
—Живым людям нужнее.
—Смотри, Кэвэв,—задумчиво произнес Петров.—Хочешь, оформим тебя на работу?
—Разве это главное?
—Главное не главное, а порядок нужен. Будешь у нас хранителем огня.
—Хорошо,—согласился Кэвэв.

Так и живет до сих пор на границе тундры и леса старый керек Кэвэв. Дрова у него всегда есть, и любой путник— будь то изыскатель, геолог, охотник—знает, что в этом квадрате обширной корякской тундры они всегда найдут тепло священных дров, костер жизни.

Понравилась статья? Расскажи о ней друзьям на своей страничке.
Выберите социальную сеть: